В первом полугодии 2015 года ведущие экономисты из ЕС считали, что при адаптации сотен тысяч беженцев объединённая Европа получит недостающее количество рабочих рук, с помощью которых удастся увеличить регулярные поступления в бюджет, а также извлечь массу других выгод.

Госпожа Меркель также прониклась оптимистическими взглядами на проблему мигрантов и в интервью одному из главных немецких таблоидов сообщала, что внутренний рынок Германии обязан своим оживлением именно беженцам, которые прибывали и продолжают активно прибывать на немецкую территорию. С течением времени немецкое правительство, а также большинство депутатов и многие граждане кардинально изменили отношение к проблеме. Что стало причиной изменения политики Германии и Европейского Союза в целом в отношении мигрантов?

В начале сентября 2015 года Ангела Меркель считалась главным кандидатом на получение Нобелевской премии мира. Десяткам тысяч отчаявшимся увидеть лучшую жизнь беженцам позволили покинуть территорию Венгрии в том направлении, которое представлялось только в мечтах. Благодаря жесту доброй воли немецкого канцлера, не верящие своему счастью мигранты направились в Германию, минуя территорию Австрии транзитом. В правильности принятого решения в то время не сомневался практически никто, но к середине октября 2015 уверенность в необходимости столь гуманного поступка начала постепенно сводиться к нулю.

Общие проблемы беженцев и Европы

Время шло, и цифры попавших на территорию ЕС мигрантов изменялись так же быстро, как счётчик VIP-такси, но даже значениями в 450 и 800 тысяч уже не верил практически никто. В соответствии с данными исследований главного немецкого таблоида Bild, количество мигрантов из Средней Азии и Африки в одной только Германии в ближайшее время достигнет 1.5 млн. человек, что сопоставимо с количеством жителей такого города, как Мюнхен. Стремительный рост числа новоприбывших объясняется не только принятым политическим решением, но и лояльностью немецкого законодательства. К примеру, сирийский мужчина, который сумел оформить официальный статус, автоматически получает право вызвать в Германию жену и всех своих детей.

Благодаря такому подходу, количество беженцев на территории государства начало расти неконтролируемыми темпами, поэтому составление каких-либо прогнозов относительно количества мигрантов на 2015–2016 годы потеряло смысл. Но самый неприятный для немцев момент заключается в том, что вне зависимости от количества прибывших с другого континента за обустройство их быта, питание, жильё и прочие недешевые радости европейской жизни финансовую ответственность несут немецкие налогоплательщики.

Проблема с жильём стала практически неразрешимой. Модульные городки, рассчитанные на проживание в тёплое время года, оказались неприспособленными к проживанию даже в условиях мягкой европейской зимы. Из-за происходящих событий власти многих немецких городов вынуждены были пойти на беспрецедентные меры. В демократичном Гамбурге поиск недостающих квадратных метров решали через конфискацию у собственников пустующих офисных помещений. Возможно, трудно спрогнозировать последствия кризиса беженцев для Европы в долгосрочной перспективе, но среднестатистические немцы ощущают негативное влияние происходящих процессов уже сейчас.

Ближе к концу 2015 года настроения жителей Германии разделились в соотношении 50 на 50: основная часть граждан продолжала выказывать толерантное отношение к мигрантам, но градус беспокойства в обществе был заметен невооруженным глазом.

Политика Ангелы Меркель подверглась резкой критике, а основными обвинителями в этом процессе выступили вчерашние союзники по партии. Щедрая помощь государства влетала в копеечку немецким бюджетам всех уровней. Только ежемесячные подъёмные средства для так называемых «карманных расходов» составили 143 евро на одного человека. Но даже эта внушительная сумма меркнет по сравнению с затратами на расширение числа административных работников и полицейских, необходимых для обслуживания мигрантов.

Факт стихийности проблемы беженцев и отсутствие контроля над их количеством на территории ЕС крайне трудно признать, но похоже, что дела обстоят именно так. Люди, бегущие от войны и бедности в Сирии, Ираке и Афганистане стремятся попасть на территорию Еврозоны и близлежащих государств любыми доступными способами.

В одной только Турции уже осело более 2 млн. мигрантов, но, несмотря на этот факт, госпожа Меркель возлагает большие надежды на помощь официальной Анкары Европейскому Союзу с решением проблемы мигрантов. И это несмотря на то, что лояльность турецкого правительства не купишь одними деньгами. Решение вопросов упрощения визового режима и пересмотр политических взглядов в отношении курдских сепаратистов — ​неизбежные вопросы, которые будут подниматься в рамках переговоров и в краткосрочной, и в долгосрочной перспективе. Одним из наиболее вероятных вариантов представляется создание приграничной буферной зоны неподалеку от границы с Сирией, но официальный Берлин не сможет избежать внушительных затрат ни в 2015, ни в 2016 году.

Глобальный характер проблемы мигрантов

С наступлением холодов к немецким политическим и общественным деятелям, а также многим простым гражданам пришло понимание того, что кризис беженцев способен повлиять на будущее страны гораздо сильнее, чем знаменитое падение Берлинской стены, которое состоялось 25 лет назад. По словам экс-канцлера Вилли Брандта, в то время действовать было намного проще, поскольку речь шла о необходимости объединить две разделённые части одного государства. Проблема, возникшая в 2015 году, бросает немецкому обществу более серьёзный вызов, требуя объединить то, что априори не предусмотрено как единое целое.

Финансовые возможности Германии в отношении поддержки беженцев практически исчерпаны. Именно такой мысли придерживается министр финансов Вольфганг Шойбле. Границ допустимого достигли намного раньше, чем это предполагалось вначале. Об отсутствии средств на содержание мигрантов официальный Берлин начал говорить открыто, не предпринимая попыток сыграть в очередную политическую игру.

Впервые за многие годы образцовая политическая система Германии дала сбой, который воплотился в самый настоящий раскол в рядах правящей коалиции. Мнения первых лиц государства относительно проблемы кардинально разделились, но количество граждан, которые приняли решение поддерживать идею сокращения затрат на содержание беженцев, увеличивается с каждым днём. Рейтинги госпожи Меркель стремительно падают, а факт невозможности обеспечить беженцам безбедное существование за счёт государственной казны приходится признавать как данность.

На фоне происходящего европейские политики практически забыли о проблеме трудовых мигрантов, которые, в отличие от новоприбывших, изначально настроены на продуктивную работу во благо немецкой экономики. Поток этой категории людей также вряд ли уменьшится в ближайшее время, поскольку желание пожить лучшей жизнью гораздо сильнее стен и колючей проволоки.

Банальное закрытие границ вряд ли способно поставить точку в кризисе беженцев. Современная Европа живёт в искусственно созданном экономическом мирке, который представляется своеобразным раем для большинства мигрантов с Востока. Если учесть, что мода на обеспеченную, сытую жизнь была заложена во многих азиатских и африканских государствах сотни лет назад именно европейцами, поделиться благополучием и стабильностью государствам ЕС всё-таки придется. Грамотное перераспределение части имеющихся финансовых ресурсов — ​много более разумный шаг, чем абсолютная потеря контроля над ситуацией и реальная угроза потерять всё, что есть.

Денис Гребски